Вернуться к Война и мир

Сцена XII

Чтец. В этот день ужасный вид поля сражения победил ту душевную силу, в которой он полагал свою заслугу и величие. Желтый, опухлый, тяжелый, с мутными глазами, красным носом и охриплым голосом, он сидел, не поднимая глаз.

Курган. Пушечный грохот. Наполеон один. Большой портрет мальчика — короля Рима.

В медленно расходившемся пороховом дыму в лужах крови лежали лошади и люди. Такого количества убитых на таком малом пространстве никогда не видал еще Наполеон!

Он с болезненной тоской ожидал конца того дня, которому он считал себя причастным, но которого он не мог остановить. Личное человеческое чувство на короткое мгновение взяло верх над тем искусственным призраком жизни, которому он служил так долго. Он на себя переносил те страдания и ту смерть, которые он видел на поле сражения. Тяжесть головы и груди напоминала ему о возможности и для себя страданий и смерти. Он в эту минуту не хотел для себя ни Москвы, ни победы, ни славы (какой нужно было ему еще славы!). Одно, чего он желал теперь, — отдыха, спокойствия и свободы.

Адъютант, истомленный, входит на курган.

— Наш огонь рядами вырывает их, а они стоят, — сказал адъютант.

Наполеон. Ils en veulent encore?1

Адъютант. Sire?2

Наполеон. Ils en veulent encore, donnez leur-en!3

Адъютант уходит.

Чтец. — Им еще хочется, — сказал Наполеон, — ну, дайте им еще! И без его приказания делалось то, чего он хотел, и он распорядился только потому, что думал, что от него ждали приказания. И он опять покорно стал исполнять ту печальную нечеловеческую роль, которая ему была предназначена.

Темно

Примечания

1. Им еще хочется?

2. Государь?

3. Еще хочется, ну и задайте им!