Вернуться к Блаженство (фрагменты второй редакции)

Действие четвертое

Милославский. А-аа! Доктор! Милости просим. Что скажете, доктор, хорошенького?

Граббе. Я к вам с неприятной миссией. Я от директора института.

Милославский. Ах, от Саввича? А скажите, доктор, что, у вас бывает сыпной тиф когда-нибудь?

Граббе. К счастью, уже двести лет не существует этой болезни.

Милославский. Жаль!

Граббе. Что вы такое говорите? Зачем вам тиф?

Милославский. Чтобы Саввич умер.

Граббе. Я поражаюсь таким странным желаниям. (Вынимает два конверта.) Как изволите знать, мы получили результаты исследования вашей психической сферы, вас и вашего товарища.

Бунша. А я заявление не подавал, чтобы меня исследовали.

Граббе. Оно обязательно для всех граждан.

Милославский. Что-нибудь любопытное? Все, конечно, в полном порядке?

Граббе. К величайшему моему ужасу, нет. И результаты исследования так необычны, так удивительны в наше время, что мы дважды повторяли их.

Милославский. Да у вас приборы, наверно, плохонькие.

Граббе. Помилуйте. Так вот, изволите ли видеть, об одном из вас заключение, что он неполноценная личность, а о другом, что он с явно выраженными преступными наклонностями, и в частности страдает клептоманией. (Вручает конверты.)

Милославский (посмотрев бумагу). Я — вор? Какой же гад и невежда делал это исследование?

Граббе. Простите, его делал профессор Мэрфи в Лондоне. Это мировая знаменитость.

Милославский (по аппарату). Лондон. Мировую знаменитость профессора Мэрфи.

В аппарате голос: «Вам нужен переводчик?»

Не нужен. Он меня без переводчика поймет. Профессор Мэрфи? Мерси. Вы не мировая знаменитость, а... Как паразит по-английски?

Граббе. Ни за что не скажу.

Милославский. Молчать! (По аппарату.) Вы паразит!

(Швыряет трубку.) <...>

Рейн. Попрошу вас молчать! Я должен посоветоваться с Авророй. Аврора, что делать?

Аврора. Бежать!

Милославский. Бежать!

Рейн. Аврора, ты полетишь со мной?

Аврора. Куда хочешь!

Рейн. Подумай, Аврора! Тебе придется покинуть Блаженство, и быть может, навсегда!

Аврора. Мне надоело Блаженство. Не теряй времени!

Рейн. Милославский!

Милославский. Я!

Рейн. Болван! Эта касса закрыта шифром!

Милославский. Ша! (Бунше.) Бунша! На стрему! (Авроре.) Мадам, разрешите! (Вынимает золотую булавку, взламывает первый замок.)

Рейн. В жизни не видел ничего подобного! Шпилькой!

Милославский. Попрошу не говорить под руку! Бунша! Спишь на часах? Голову оторву!

Милославский. Ну, как желаешь! На суде держись смело! <...> Тебе скидку дадут, три года. Прощай! Анна. Жорж! Раскайся! Останься! Тебя вылечат!

Милославский. Я не верю в медицину.

Внезапно в аппарате взрыв музыки.

Рейн. Поймал! Москва! Это Большой театр!

Милославский (Бунше.) Ты куда?

Бунша. [Секретарям вне очереди.] Я первый. (Вскакивает на площадку аппарата.)

Вихрь. Меняется свет. Бунша исчезает.

Саввич (вбегает). Ах, вот что! (Кричит.) Тревога! Они взломали кассу! Они бегут! Радаманов! Радаманов! (Бросается к Милославскому, пытаясь помешать.)

Милославский (выхватывает финский нож). Назад!

Анна. Боже мой! (Убегает.)

Радаманов появляется.

Саввич. Посмотрите, за кого вы ходатайствовали!

Милославский. Рыжики ваши у меня, Павел Сергеевич! Прощайте! (Вскакивает на площадку и исчезает.)

Рейн. Павел Сергеевич! Простите, но выхода другого нет! Милославский вручил мне хронометр. Я возвращаю вам его.

Аврора. Отец! Прощай! Я больше не вернусь в Блаженство.

Рейн схватывает аппарат и исчезает вместе с Авророй. Свет на площадке начинает гаснуть.

Саввич. Радаманов! Это вы упустили их!

Радаманов. Нет, это произошло по вашей вине!

Саввич. Аврора! Аврора! Вернись!

Темно.

Внезапно музыка. Потом свист, ветер, меняется свет и выскакивает Бунша с часами Михельсона в руках.

Михельсон. Вот они! Мои часы!

Бунша. Товарищи! Добровольно вернувшийся в Союз секретарь домкома Бунша-Корецкий прибыл. Прошу отметить в протоколе: добровольно! Я спас часы! Я спас часы уважаемого гражданина Михельсона! Милиция. Товарищ Мостовой, возьмите.

Бунша. С наслаждением предаю себя в руки милиции и все расскажу.

Буншу уводят. Милославский появляется с громом и музыкой.

Михельсон. Соучастник! Мое пальто!

Милиция. Товарищ Жудилов, взять!

Милославский (вскочив внезапно на окно, распахивает его, срывает с себя пальто Михельсона). Пальтом вашим можете подавиться, гражданин Михельсон! Отнесите его на барахолку! Вы не видели, какие польта бывают! Надел я его временно! Украсть я не могу ничего — по своей природе! Гляньте на палец! Ну-с, не смею задерживать. Я — в Ростов! (Исчезает.)

Михельсон. Держите его!

Милиция. Удержишь его!

Появляются Аврора и Рейн. Музыка стихает.

Михельсон. А! Товарищ Рейн! Хорошенькими делами вы занимаетесь! Товарищ начальник! Интуиция мне подсказывает, что он и есть главный заводила всей шайки. Берите его!

Аврора. Так ты здесь жил? Боже, как интересно! Но что хотят с нами сделать эти люди?

Михельсон. Жил, жил! В Бутырках вам надо жить, гражданин механик!

Рейн. Умолкните, болван! (Милиции.) Я — инженер Рейн. А это моя жена. Мы только что вернулись из путешествия во время.

Милиция. Это к делу не относится. Вы арестованы, гражданин.

Аврора. Что им надо, Рейн?

Рейн. Не бойся, не бойся, Аврора. Это маленькая неприятность. Все разъяснится через несколько минут.

Сцена между Авророй и милицией.

Милиция (Михельсону). Аппарат ваш?

Рейн. Это аппарат мой и это аппарат государственной важности. Прошу это понять.

Милиция. Разберем. Прошу следовать за мной. Это из этого аппарата царь появился?

Рейн. Ах, мерзавец Бунша! Из этого, из этого.

Милиция. Прошу следовать за нами. (Милиция уводит Аврору и Рейна.)

Михельсон. Пальто и часы, стало быть, тут. Но остальное-то?.. Вот, товарищи дорогие, что у нас в доме в Банном переулке произошло! А ведь расскажи это кому-нибудь на службе или знакомым — не поверят!

Темно.

Конец