Вернуться к А.В. Яценко. Противоречия в романе «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова

29. Присаживался на табурет, а сел на скамеечку

В главе 19-й («Неудачные визитеры») Воланд предложил посетившему его буфетчику Сокову присесть.

— ...Азазелло! Табурет господину заведующему буфетом!

Тот, что жарил мясо, повернулся, причем ужаснул буфетчика своими клыками, и ловко подал ему один из темных дубовых низеньких табуретов. Других сидений в комнате не было».

Как видно в гостиной были только темные дубовые низенькие табуреты, потому что Воланд предпочитал сидеть низко. И в данном случае слова дьявола не расходились с делом. «Черный маг раскинулся на каком-то необъятном диване, низком, с разбросанными на нем подушками».

Однако, садясь на низенький табурет, Соков почему-то опустился на скамеечку. Более того, падая с нее, он задел другую скамеечку, стоявшую перед ним. А ведь выше утверждалось, что кроме низких дубовых табуретов других сидений в комнате не было.

«Буфетчик вымолвил:

— Покорнейше благодарю, — и опустился на скамеечку. Задняя ее ножка тотчас с треском подломилась, и буфетчик, охнув, больно ударился задом об пол. Падая, он поддел ногой другую скамеечку, стоявшую перед ним, и с нее опрокинул себе на брюки полную чашу красного вина.

<...>

Я люблю сидеть низко, — проговорил артист, — с низкого не так опасно падать».

Однако табуреты и скамеечки отличаются друг от друга, как по форме, так и по предназначению. Табурет — это сидение для одного человека без спинки и подлокотников. Они могут быть низкими, обычными и высокими. Скамеечка же используется для другой части тела человека — для ног как подставка. Кстати и Воланд именно в этом качестве использовал такую в главе 22-й («При свечах»).

«На маленьком вытертом коврике стояла низенькая скамеечка. <...> Воланд широко раскинулся на постели, был одет в одну ночную длинную рубашку, грязную и заплатанную на левом плече. Одну голую ногу он поджал под себя, другую вытянул на скамеечку. Колено этой темной ноги и натирала какою-то дымящеюся мазью Гелла».

Таким образом, получается, что Соков садился на табурет, а опустился на скамеечку. Чтобы не было противоречия, можно предложить дополнение неожиданности такого превращения.

«— Покорнейше благодарю, — и опустился вдруг на скамеечку».

Во втором упоминании скамеечки противоречия нет, т. к. она изначально не использовалась как сидение, а только как подставка для чаши с вином.