12413

Вернуться к Г.А. Лесскис, К.Н. Атарова. Москва — Ершалаим: Путеводитель по роману М. Булгакова «Мастер и Маргарита»

«Славное море священный Байкал»

Популярная в 20-е годы песня, восходящая к стихотворению Д.П. Давыдова (1811—1888) «Дума беглеца на Байкале» (1858). Текст первой строфы стихотворения Давыдова несколько отличается от фольклоризованного варианта, приведенного Булгаковым:

Славное море — привольный Байкал,
Славный корабль — омулевая бочка...
Ну, баргузин, пошевеливай вал...
Плыть молодцу недалечко.

Непроизвольное пение группы лиц под влиянием постороннего внушения было описано в фантастическом романе Александра Беляева «Властелин мира», опубликованном в 1929 г.: «Вчера вечером в городе наблюдалось странное явление. В н часов ночи, в продолжение 5 минут, у многих людей, число их пока не установлено, но, по имеющимся данным, оно превышает несколько тысяч человек, — появилась навязчивая идея, вернее, навязчивый мотив известной песни "Мой милый Августин". <...>

— Я сидел со своим приятелем, известным музыкальным критиком в кафе. <...> С грустью говорил он о том, что все реже исполняют великих стариков: Бетховена, Моцарта, Баха, я внимательно слушал его, кивая головою, — я сам поклонник классической музыки, — и вдруг с некоторым ужасом заметил, что мысленно напеваю мотив пошленькой песенки: "Мой милый Августин". Наконец критик замолчал и стал ложечкой отбивать по стакану такт, и я был поражен, что удары ложечки в точности соответствовали такту песенки, проносившейся в моей голове. <...> Дальше события ошеломили всех.

— Зуппе. "Поэт и крестьянин", — анонсировал дирижер, поднимая палочку.

Но оркестр вдруг заиграл "Мой милый Августин"» (Беляев. Властелин мира. С. 98).

На глубину социальной сатиры этого внешне безобидного юмористического эпизода указал А. Зеркалов, сопоставивший его со словами профессора Преображенского из «Собачьего сердца»: «Что такое эта ваша разруха? <...> Это вот что: если я вместо того, чтобы оперировать каждый вечер, начну у себя в квартире петь хором, у меня настанет разруха. <...> Я вам скажу, доктор, что ничто не изменится к лучшему в нашем доме, да и во всяком другом доме, пока не усмирят этих певцов!»

Иллюстрация Бориса Маркевича к «Мастеру и Маргарите». 1988—1989