Вернуться к А.В. Яценко. Анализ романа «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова

12. Голос Азазелло

Михаил Булгаков на протяжении всего романа выдерживал особенность голоса Азазелло, тот гнусавил.

Я, — вступил в разговор этот новый, — вообще не понимаю, как он попал в директора, — рыжий гнусавил все больше и больше, — он такой же директор, как я архиерей!»» (Глава 7 «Нехорошая квартирка»)

«— Иван Савельевич (Варенуха)? — осведомилась трубка препротивным гнусавым голосом».

«— А ты все-таки побежал? Дай сюда портфель, гад! — тем самым гнусавым голосом, что был слышен в телефоне, крикнул второй и выдрал портфель из трясущихся рук Варенухи». (Глава 10 «Вести из Ялты»)

В главе 18-й («Неудачные визитеры») когда дядя Михаила Берлиоза вошел в переднюю, то встретил там кота, который вызвал Азазелло.

«На его зов в переднюю выбежал маленький, прихрамывающий, обтянутый черным трико, с ножом, засунутым за кожаный пояс, рыжий, с желтым клыком, с бельмом на левом глазу.

<...>

— Поплавский, — тихо прогнусил вошедший, — надеюсь, уже все понятно?»

Гнусавить — означает говорить в нос. Здесь звук идет вверх. А вот в кабинете профессора Кузьмина Азазелло предстал в облике медсестры, и на него явно указывает клык изо рта. И теперь он стал говорить басом, т. е. звук голоса пошел вниз.

«За столом этим сидела в косынке сестры милосердия женщина с сумочкой с надписью на ней: «Пиявки». Вопил профессор, вглядевшись в ее рот. Он был мужской, кривой, до ушей, с одним клыком. Глаза у сестры были мертвые.

— Денежки я приберу, — мужским басом сказала сестра, — нечего им тут валяться. — Сгребла птичьей лапой этикетки и стала таять в воздухе».

В дальнейшем в романе Азазелло продолжал гнусавить.

«— Королева в восхищении, — гнусил за спиною Азазелло». (Глава 23 «Великий бал у сатаны»)

«— Я говорю, — прогнусил тот (Азазелло — А.Я.), — что тебя (Бегемота — А.Я.) хорошо было бы утопить».

«— Вы хотели переехать в его комнаты? — как можно задушевнее прогнусил Азазелло». (Глава 24 «Извлечение мастера»)

Таким образом, на протяжении всего романа Азазелло гнусавил, и только в образе сестры милосердия в кабинете профессора Кузьмина Азазелло говорил басом.