Вернуться к О нем

Булгаков — доктор

Михаил Булгаков получил хорошее образование. Он окончил Первую гимназию в Киеве, она считалась самой лучшей в городе. После ее окончания сразу же поступил в университет на медицинский факультет. На выбор профессии повлияло то, что в его семье многие были преуспевающими врачами. Его сестра Надежда Афанасьевна Земская вспоминала: «У матери в семье было шесть братьев и три девочки. И из шести братьев трое стали врачами. В семье отца один был врачом. После смерти нашего отца, потом, не сразу мать вышла второй раз замуж, и наш отчим был тоже врачом. Поэтому я опровергаю здесь мнение, что Михаил Афанасьевич случайно выбрал эту профессию. Совсем не случайно. Это было как-то в воздухе нашей семьи — и Михаил выбрал свою профессию, свою медицину обдуманно и сознательно. И он любил свою медицину».

Племянница Михаила Булгакова Елена Андреевна Земская (р. 1926), российский лингвист, доктор филологических наук, профессор, говорит о его призвании: «В жизни Мих. Булгаков был остро наблюдателен, стремителен, находчив и смел, он обладал выдающейся памятью. Эти качества определяют его и как врача, они помогали ему в его врачебной деятельности. Диагнозы он ставил быстро, умел сразу схватить характерные черты заболевания; ошибался в диагнозах редко. Смелость помогала ему решаться на трудные операции».

В 1916 году Булгаков окончил медицинский факультет Императорского университета Св. Владимира (Киев) и получил «Временное свидетельство» № 142 от 6 апреля 1916 г. об окончании университета. 16 июля того же года он был откомандирован в качестве «врача резерва» в распоряжение смоленского губернатора.

По воспоминаниям сестры писателя Надежды Афанасьевны Земской (1893—1971), «немедленно после окончания Мих. Булгаков поступил в Красный Крест и добровольно уехал на юго-западный фронт, где работал в военном госпитале в городах Западной Украины: в Каменец-Подольском и Черновицах. Там он получил первые врачебные практические навыки, особенно по хирургии». Это подтверждала и его первая жена Татьяна Николаевна Лаппа, она вспоминала о его врачебной деятельности в госпитале Красного Креста в Каменец-Подольском и Черновицах. В «не совсем большом» (по ее словам) госпитале, занявшем помещение «какой-то школы», Булгаков работал хирургом. Носил военную форму.

16 июля 1916 года он был зачислен «врачом резерва Московского окружного военно-санитарного управления» и в числе 15 врачей откомандирован в распоряжение смоленского губернатора, 3 сентября отправлен в числе 14 врачей в распоряжение смоленской губернской земской управы.

29 сентября 1916 года Булгаков приступил к исполнению обязанностей врача, заведовавшего 3-м Никольским врачебным пунктом (Никольским медицинским участком) с месячным жалованием в 115 р. 71 коп. Этот пункт бесплатно обслуживал население нескольких волостей Сычевского уезда, в которых проживало более 37 000 человек в 295 селениях. Самое удаленное из них находилось в 30 верстах от пункта. В 1916 году в больнице было 24 штатных койки. Кроме того, в инфекционном и родильном отделениях было 8 и 2 койки соответственно. Когда Булгаков начал служить, здесь уже работали фельдшерами В.П. Коблянский, А.И. Иванов и Е.Ф. Трошков, а фельдшерами-акушерками Лобачевская А.Н. и Иванова С.А.

Круг обязанностей врача в таких условиях был необозрим. Кроме ежедневного изнурительного амбулаторного приема больных, он должен был оперировать, вести стационарное лечение коечных больных, совершать выезды на дом, руководить сложным хозяйством пункта, составлять периодические отчеты. Многое из событий тех лет, что навечно отложилось в памяти, было запечатлено писателем в шести рассказах — «Стальное горло», «Крещение поворотом», «Вьюга», «Тьма египетская», «Полотенце с петухом», «Пропавший глаз», которые образовали цикл «Записки юного врача». Булгаков публиковал эти произведения в журналах «Красная панорама» и «Медицинский работник» в 1925—1926 гг.

К 18 сентября 1917 года Булгаков добился перевода в город Вязьму. Сычевской земской управой ему было выдан документ, подтверждающий добросовестное исполнение своих обязанностей: «Выдано настоящее удостоверение Врачу Михаилу Афанасьевичу Булгакову в том, что он с 29-го сентября 1916 года и по 18 сентября сего 1917 года состоял на службе Сычевского земства в должности Врача, заведовавшего Никольской земской больницей, за каковое время зарекомендовал себя энергичным и неутомимым работником на земском поприще. При этом, по имеющимся в Управе сведениям, в Никольском участке за указанное время пользовалось стационарным лечением 211 чел., а всех амбулаторных посещений было 15 361.

Оперативная деятельность врача М.А. Булгакова за время его пребывания в Никольской земской больнице выразилась в следующем: было произведено операций — ампутация бедра 1, отнятие пальцев на ногах 3, выскабливание матки 18, обрезание крайней плоти 4, акушерские щипцы 2, поворот на ножку 3, ручное удаление последа 1, удаление атеромы и липомы 2 и трахеотомий 1; кроме того, производилось: зашивание ран, вскрытие абсцессов и нагноившихся атером, проколы живота (2), вправление вывихов; один раз производилось под хлороформенным наркозом удаление осколков раздробленных ребер после огнестрельного ранения».

20 сентября того же года Булгаков приступил к работе в Вяземской городской земской больнице, приняв на себя заведование инфекционным и венерическим отделением. Вяземская больница была крупнее Никольской, в ней было трое врачей. Больница включала в себя несколько отделений: хирургическое, родильное, инфекционное, венерическое. Инфекционное отделение насчитывало 12 коек, венерическое — 18. В 1916 году общее число коек в больнице достигало 67.

5 октября 1917 года Михаил Булгаков в письме сестре Надежде просил купить необходимые ему книги по медицине: «Мне на этих днях до зарезу нужно было бы побывать в Москве по своим делам, но я не могу бросить ни на минуту работу и поэтому обращаюсь к тебе с просьбой сделать в Москве кой-что, если тебя не затруднит. Купи, пожалуйста, книгу Клопштока и Коварского «Практическ. руководств. по Клиническ. химии, микроскопии и бактериолог.» (Издан. «Сотрудник») и вышли ее мне. Узнай, какие есть в Москве самые лучшие издания по кожным и венерическим на русск. или немецк. языках и сообщи мне, не покупай пока, цену и названия. (Нет ли Jessner’a (Руководство по кожн. и венерич.) на немецк. языке?)»

Сестра Булгакова Надежда Афанасьевна рассказывала о том времени: «1916 год. Приехав в деревню в качестве врача, Михаил Афанасьевич столкнулся с катастрофическим распространением сифилиса и других венерических болезней (конец войны, фронт валом валил в тыл, в деревню хлынули свои и приезжие солдаты). При общей некультурности быта это принимало катастрофические размеры. Кончая университет, М. А. выбрал специальностью детские болезни (характерно для него), но волей-неволей пришлось обратить внимание на венерологию. М. А. хлопотал об открытии венерологических пунктов в уезде, о принятии профилактических мер. В Киев в 1918 году он приехал уже венерологом. И там продолжал работу по этой специальности — недолго. В 1919 г. совершенно оставил медицину для литературы».

В феврале 1918 года Булгаков получил освобождение от земской повинности: «Дано сие удостоверение из Вяземской уездной земской управы временно командированному Смоленской земской управой, согласно отношения ея от 20-го сентября 1917 года за № 1301, в распоряжение Вяземской уездной земской управы врачу резерва Михаилу Афанасьевичу Булгакову, уволенному с военной службы по болезни, согласно удостоверения о том Московского уездного воинского революционного штаба по части запасной от 19-го февраля 1918 года за № 11812, в том, что он, Булгаков, состояв в должности врача Вяземской городской земской больницы, заведовал инфекционным и венерическим отделениями и исполнял свои обязанности безупречно».

Весной 1918 года Булгаков вернулся в Киев, и открыл частный венерологический кабинет в доме № 13 по Андреевскому спуску, в котором жил вместе с братьями и сестрами. В городе несколько раз менялась власть, но доктор продолжал свою лечебную деятельность до конца лета 1919 года. В конце августа или начале сентября Булгаков ушел вместе с белыми на Кавказ. В Добровольческой армии в течкение нескольких месяцев ему приходилось не только работать в военном госпитале, но и ездить в перевязочный отряд.

В феврале 1920 года Булгаков решил окончательно бросить медицину и заняться литературной деятельностью. Но по воспоминаниям его друзей, он продолжал заниматься лечением своих знакомых. Сергей Александрович Ермолинский рассказывал: «Когда я заболевал, он спешил ко мне: любил лечить. Болезни у меня по тем молодым годам были несложные — простуда, бронхит. Тем не менее у него был вид строгий, озабоченный, в руках чемоданчик, из которого он извлекал спиртовку, градусник, банки. Затем усаживал меня, поворачивал спиной, выстукивал согнутым пальцем, заставляя раскрыть рот и сказать "а", затем ставил градусник, аккуратно протерев его спиртом, и говорил: «Имей в виду, самая подлая болезнь — почки. Она подкрадывается как вор. Исподтишка, не подавая никаких болевых сигналов. Именно так чаще всего. Поэтому, если бы я был начальником всех милиций, я бы заменил паспорта предъявлением анализа мочи, лишь на основании коего и ставил бы штамп о прописке».

Градусник показывал 37, встряхивался, и мой лекарь приступал к банкам. Он подсовывал под банку вспыхнувшую наспиртованную вату, накрученную на палочку, часто обжигал меня и тут же назидательно утешал: «Но зато посмотри, какие банки! Чувствуешь? Завтра будешь здоров!»

Я считал его очень мнительным. Он любил аптеки. До сих пор на Кропоткинской стоит аптека, в которую он часто хаживал. Поднявшись на второй этаж, отворив провинциально звякающую дверь, он входил туда, и его встречали как хорошо знакомого посетителя. Он закупал лекарства обстоятельно, вдумчиво. Любил это занятие».

В октябре 1932 года Михаил Афанасьевич Булгаков подал в Военный комиссариат заявление такого содержания: «Ввиду того, что окончив давно, в 1916 году, медицинский факультет и бросив вследствие полного отвращения в 1919 году занятие медициной (13 лет тому назад), я совершенно утратил какие бы то ни было познания по медицине, а стал в течение этих 13 лет квалифицированным драматургом, произведения которого исполняются в СССР и за границей, а в последнее время, кроме того, и режиссером; я прошу освободить меня от какого бы то ни было отношения к врачебному званию».