Вернуться к Круг общения

Любовь Евгеньевна Белозерская

Биография

Любовь Евгеньевна Белозерская (в первом браке Булгакова) (1895—1987) — вторая жена писателя и драматурга Михаила Булгакова (1925—1932). Она также была одним из возможных прототипов Маргариты в ранних редакциях романа «Мастер и Маргарита». Любовь Евгеньевна родилась 18 (30 по новому стилю) сентября 1895 года в Ломжинском уезде, Ломжинской губернии, Царства Польского, входившего в состав Российской империи. Ее отец, Евгений Михайлович Белозерский, умерший в 1897 году в возрасте 44 лет, был дипломатом, а потом служил в акцизном ведомстве. Мать, Софья Васильевна Белозерская (урожденная Саблина) (1860—1921), окончила московский Институт благородных девиц, получив там музыкальное образование. Кроме Любови в семье было еще трое детей: Вера (родилась в 1888 году), Надежда (родилась 1891 году) и сын Юрий (родился 1893 году). После смерти отца семья переехала в Пензу к дальним родственникам.

Белозерская окончила с серебряной медалью Демидовскую женскую гимназию в Санкт-Петербурге. Там же она училась в частной балетной школе. В 1914 году окончила курсы сестер милосердия. Во время Первой мировой войны она ухаживала в госпиталях за ранеными. После Октябрьской революции она уехала из Петрограда к подруге, в деревню, находившуюся в центральной России.

В 1918 году Белозерская переехала в Киев. Здесь она встретила известного журналиста Илью Василевского, писавшим под псевдонимом «Не-Буква», с которым была знакома и раньше. Вскоре она вышла за него замуж, а в феврале 1920 года вместе с мужем эмигрировала из Одессы в Константинополь. Из Константинополя семья переехала во Францию, сначала в Марсель, а затем в Париж. В Париже Илья Василевский начал издавать собственную газету «Свободные мысли», скоро прекратившую свое существование из-за отсутствия средств. Любовь Евгеньевна выступала в балетных труппах в парижских театрах. Зимой 1921—1922 годов семья переехала в Берлин, где Василевский начал сотрудничать в просоветской газете «Накануне». В то время в газете публиковались очерки и фельетоны М.А. Булгакова.

В июле 1923 года он уехал в Россию вместе с Алексеем Николаевичем Толстым, но в отличие от последнего не избежал гибели в подвалах Лубянки в 1938 году. В конце 1923 года в Москву приехала и Любовь Евгеньевна. Ее брак с Василевским фактически распался еще в последние месяцы жизни в Берлине. В начале января 1924 года на вечере, устроенном редакцией «Накануне» в честь писателя Алексея Николаевича Толстого в особняке Бюро обслуживания иностранцев в Денежном переулке, Белозерская познакомилась с Михаилом Афанасьевичем Булгаковым.

Любовь Евгеньевна вспоминала о знакомстве: «...За Слезкиным стоял новый, начинающий писатель — Михаил Булгаков... Нельзя было не обратить внимания на необыкновенно свежий его язык, мастерский диалог и такой неназойливый юмор. Мне нравилось все, принадлежавшее его перу и проходившее в "Накануне"... Передо мной стоял человек лет 30—32-х; волосы светлые, гладко причесанные на косой пробор. Глаза голубые, черты лица неправильные, ноздри глубоко вырезаны; когда говорит, морщит лоб. Но лицо в общем привлекательное, лицо больших возможностей. Это значит — способно выражать самые разнообразные чувства. Я долго мучилась, прежде чем сообразила, на кого же все-таки походил Михаил Булгаков. И вдруг меня осенило — на Шаляпина! Одет он был в глухую черную толстовку без пояса, "распашонкой". Я не привыкла к такому мужскому силуэту, он показался мне слегка комичным, так же как и лакированные ботинки с ярко-желтым верхом, которые я сразу вслух окрестила "цыплячьими" и посмеялась. Когда мы познакомились ближе, он сказал мне не без горечи: — Если бы нарядная и надушенная дама знала, с каким трудом достались мне эти ботинки, она бы не смеялась... Я поняла, что он обидчив и легко раним. Другой не обратил бы внимания».

Брак Михаила Афанасьевича и Любови Евгеньевны был зарегистрирован только 30 апреля 1925 года, хотя жить вместе они начали годом раньше. Любовь Евгеньевна так описала свое решающее объяснение с Булгаковым: «Все самые важные разговоры происходили у нас на Патриарших прудах (М.А. жил близко, на Садовой, в доме 10). Одна особенно задушевная беседа, в которой М.А. — наискрытнейший человек — был предельно откровенен, подкупила меня и изменила мои холостяцкие настроения. Мы решили пожениться».

Годы брака Булгакова с Любовью Евгеньевной — это годы создания «Дней Турбиных», «Багрового острова», «Зойкиной квартиры». Она переводила для Булгакова с французского языка книги о Мольере. Ее рукою, под диктовку писателя, написаны многие страницы пьесы «Кабала святош» и пьесы «Адам и Ева» и страницы первой редакции романа, который впоследствии стал романом «Мастер и Маргарита» (тогда еще без Маргариты). Любови Евгеньевне были посвящены роман «Белая гвардия», повесть «Собачье сердце» и пьеса «Кабала святош» («Мольер»). Но прочнее всего имя Любови Евгеньевны связано с замыслом и рождением пьесы «Бег»: ее живые рассказы об эмиграции и эмигрантах, о Константинополе и Париже послужили источником вдохновения для писателя при создании пьесы.

В начале 1929 года начались сложности в семейной жизни. В феврале Булгаков познакомился с Еленой Сергеевной Шиловской, впоследствии ставшей его любовницей и подругой Любови Евгеньевны. В октябре 1932 года она стала третьей женой писателя. Развод с Белозерской состоялся 3 октября 1932 года. Некоторое время после развода Булгаков помогал своей второй жене, он снял ей комнату в другом месте, а затем отстроил ей помещение в том же доме, где они до этого жили по улице Большая Пироговская, 35.

С 1933 года Белозерская работала в редакции «ЖЗЛ», потом в редакции «Исторические романы» Жургаза. После 1945 года Белозерская была научным редактором по транскрипции в издательстве «Большая советская энциклопедия», а 1940-х годах — редактором в «Литературной газете», сотрудничала с журналом «Огонек».

В 1928—1930 годах она была корректором-редактором собрания сочинений В.В. Вересаева, а с 1936 года сделалась литературным секретарем историка-академика Е.В. Тарле.

Белозерская оставила посвященные Булгакову мемуары «О, мед воспоминаний» (1969), а также подготовленную по его рекомендации рукопись о своей эмигрантской жизни в Константинополе и Париже «У чужого порога» (ее устные рассказы на эту тему послужили материалом для пьесы «Бег»). Любовь Евгеньевна также написала третью книгу воспоминаний «Так было» — о своем знакомстве с известным историком академиком Е.В. Тарле уже после развода с Булгаковым. Мемуары «У чужого порога» и «Так было» были изданы в 1989 году посмертно. Любови Евгеньевне Белозерской Булгаковым были посвящены роман «Белая гвардия», повесть «Собачье сердце» и пьеса «Кабала святош».

Любовь Евгеньевна Белозерская скончалась в возрасте 91 год 27 января 1987 года в Москве. Похоронена на Ваганьковском кладбище рядом со своими родственниками.

Из дневников М.А. Булгакова

В дневниковой записи в ночь на 28 декабря 1924 года Булгаков весьма откровенно отозвался о своей второй жене: «Боюсь, как бы не саданули меня за эти подвиги в "места не столь отдаленные". Очень мне помогает от этих мыслей моя жена. Я обратил внимание, когда она ходит, она покачивается. Это ужасно глупо при моих замыслах, но, кажется, я в нее влюблен. Одна мысль интересует меня. При всяком ли она приспособилась бы так же уютно или это избирательно для меня?.. Не для дневника, и не для опубликования: подавляет меня чувственно моя жена. Это и хорошо, и отчаянно, и сладко, и, в то же время, безнадежно сложно: я как раз сейчас хворый, а она для меня...

Сегодня видел, как она переодевалась перед нашим уходом к Никитиной, жадно смотрел...

Как заноза, сидит все это сменовеховство (я при чем?) и то, что чертова баба завязила меня, как пушку в болоте, важный вопрос. Но один, без нее, уже не мыслюсь. Видно, привык».

Воспоминания о Л.Е. Белозерской

В своих воспоминаниях писатель Юрий Слезкин рассказывал о сближении Белозерской с Булгаковым с нескрываемым сарказмом: «Тут у Булгакова пошли "дела семейные" — появились новые интересы, ему стало не до меня. Ударил в нос успех! К тому времени вернулся из Берлина Василевский (Не-Буква) с женой своей (которой по счету?) Любовью Евгеньевной, не глупая, практическая женщина, многое испытавшая на своем веку, оставившая в Германии свою "любовь", — Василевская приглядывалась ко всем мужчинам, которые могли бы помочь строить ее будущее. С мужем она была не в ладах. Наклевывался роман у нее с Потехиным Юрием Михайловичем (ранее вернувшимся из эмиграции) — не вышло, было и со мною сказано несколько теплых слов... Булгаков подвернулся кстати. Через месяц-два все узнали, что Миша бросил Татьяну Николаевну и сошелся с Любовью Евгеньевной».

Друг Булгакова Сергей Александрович Ермолинский в своих мемуарах рассказывал: «В первый раз я увидел Булгакова в конце 1927 или в начале 1928 года (точно не помню) на диспуте «"Любовь Яровая" — "Дни Турбиных"»... Познакомился я с ним спустя несколько лет после этого диспута. <...>

Любовь Евгеньевна увлекалась верховой ездой, ходила в манеж и в шутку даже снялась, одетая в бриджи, в легоньких сапожках, в приплюснутой жокейской кепке... Впрочем, ее увлечение конным спортом может создать превратное представление о ней у читателя. Она отнюдь не выглядела экстравагантно. Напротив, в ней не было ничего вычурного. Все «нэповское», модное, избави бог, отсутствовало в ней. Она одевалась строго и скромно. Была приветлива, улыбчива, весела. В ней было много душевной теплоты. Любила давать причудливые клички знакомым — Петю-Петянь, Петры-Тытери и т. п. Собаку назвала Бутоном, по имени слуги Мольера. А Михаила Афанасьевича называла Макой и ласково: Мася-Колбася. В кругу ее друзей он на всю жизнь так и остался Макой, а для иных — Масей-Колбасей. У нее было множество друзей, приятелей и приятельниц. Больше, чем хотелось бы, стало появляться в доме крепышей конников, пахнущих кожей, и чуть больше, чем надобно, лошадиных разговоров. <...>

Любовь Евгеньевна одаривала щедрой чуткостью каждого человека, появившегося в ее окружении. Может быть, чересчур?.. С полной отдачей сил, суетясь, озабоченная, она спешила на помощь, если к ней обращались — и по серьезным поводам и по пустякам (в равной мере). Со всем бескорыстием она делала это, и посему телефон действовал с полной нагрузкой. Недаром ее называли "Люба — золотое сердце". Лишь Булгаков все чаще морщился: "О да, она — Люба — золотое сердце", произнося это уже не только насмешливо, но и раздраженно».

Л.Е. Белозерская в форме Демидовской гимназии. 1908 г.

Л.Е. Белозерская. Петроград. 1914 г.

Л.Е. Белозерская на парижской сцене

Л.Е. Белозерская в форме сестры милосердия. 1916 г.

Л.Е. Белозерская. 1925 г. Любимый портрет М.А. Булгакова, который всегда находился на письменном столе писателя

Слева направо: Сергей Топленинов, Николай Лямин, Любовь Белозерская, Михаил Булгаков

Обед у супругов Стронских. 1-й ряд: М. Булгаков, Л. Белозерская, Н. Шапошникова, В. Стронская, Б. Шапошников. М. Чимишкиан (Ермолинская), И. Стронский (сын), Н. Лямин, Н. Стронский и неизвестный

Л.Е. Белозерская на сцене Орловского драматического театра им. И.С. Тургенева после премьеры «Дни Турбиных». 1978 г.

Любовь Евгеньевна Белозерская. 1983 г.